В Нюрнберге разворачивалась тихая, но напряженная дуэль. С одной стороны — доктор Дуглас Келли, американский психиатр с проницательным умом. Его задачей было оценить вменяемость высокопоставленных нацистских преступников. С другой — Герман Геринг, бывший рейхсмаршал, человек, привыкший к власти и вниманию.
Геринг, несмотря на положение обвиняемого, пытался сохранить контроль. Он очаровывал, уклонялся от вопросов, играл роль умудренного государственного деятеля. Келли же нужно было заглянуть за этот фасад. Каждая их беседа напоминала сложный поединок. От точности выводов психиатра зависело очень многое — сможет ли трибунал считать Геринга ответственным за свои поступки или же он предстанет в образе человека, не осознававшего последствий.
Это противостояние умов стало одной из ключевых, хотя и невидимых миру, битв всего процесса. Психиатр искал трещины в броне самоуверенности своего подопечного. А от того, удастся ли ему это, зависела историческая справедливость.
